Поиск
Искомое.ru

Борьба за не-зависимость. Часть 1

 О мифах и ошибках, связанных с алкоголизмом и наркоманией, о генетической предрасположенности, о том, как оградить детей от интереса к наркотикам, как помочь выздоравливать нашим близким, рассказывает Екатерина Алексеевна Савина, директор и ведущий специалист реабилитационного центра «Зебра». 

Поможет ли сила воли? 

Екатерина Алексеевна, говорят, что алкоголики и наркозависимые — просто слабовольные, запустившие себя люди, и никакое лечение им не нужно: захотел — бросил, или если запереть такого человека в комнате, лишить его алкоголя или наркотика, через неделю выйдет прежний, здоровый человек. Это миф?

— Действительно, если запереть алкоголика в комнате, через неделю все пройдет: он протрезвеет. Но как только выйдет из комнаты, первое, что он сделает, — пойдет пить! По двум причинам. Во-первых, алкоголик не управляет своим поведением в отношении спиртного: начнет он пить или нет, сколько выпьет и когда. Он бессилен перед этим. Его поведением управляет зависимость. Он как машина без руля и тормозов. Более того, и не начать пить такой человек тоже не может, потому что все серьезные события, все радости и горести в его жизни — поскольку он пьет долго — переживаются через алкоголь. Рано или поздно какое-то событие обязательно настает, и он потянется за бутылкой. Повод всегда найдется: как говорят, понедельник — день тяжелый, вторник — тем более; друг приехал, друг уехал; компания собралась; нужно отдохнуть; одиночество гложет…

— Значит, отсутствие контроля над употреблением — вопрос не силы воли, а физиологическая данность?!

— То, что и алкогольная, и наркотическая зависимость — это болезнь, еще в 1950-е годы было признано Всемирной организацией здравоохранения. Это поломка определенного механизма функционирования мозга — физиологическая поломка. Скажем, как рвота — попробуйте остановить рвоту усилием воли! Или попробуйте не вспотеть, когда жарко. Это работа организма, которую человек почти не контролирует. Там действуют довольно простые биохимические механизмы, и это доказанная вещь.

— Вы можете коротко объяснить, что происходит с человеком на уровне физиологии?

— На уровне школы: в мозге есть механизмы, отвечающие за жизненно важные функции, связанные с получением удовольствия. Когда эти системы работают хорошо, в благоприятных условиях человек получает удовольствие в разных формах: либо прилив энергии, либо чувство радости, либо успокоение — в зависимости от того, какие механизмы включаются. В неблагоприятных условиях он чувствует неудовольствие, страх, раздражение, подавленность. В конечном счете эти механизмы регулируют его выживание. Кроме того, они связаны с обучением, то есть с получением информации о мире и о себе самом. Скажем, когда школьник чувствует удовлетворение от полученной «пятерки», он получает стимул учиться дальше.

Так вот, у алкоголиков и наркоманов эта рецепторная система поломана. Почему? Потому что химические вещества, обеспечивающие ее нормальную работу, — медиаторы — либо замещаются наркотиками (наркотик сам такой, как они), либо «выдавливаются» алкоголем в избыточном количестве. Рецепторная система меняется и меняется навсегда: она уже никогда не будет функционировать по-прежнему. В результате человек перестает реагировать на окружающую жизнь адекватно: он боится не там, где надо бояться, и радуется не там, где надо радоваться. Он не может учиться на собственном опыте, поэтому алкоголики и наркоманы отличаются тем, что прыгают вновь и вновь на одни и те же грабли. Сам способ выживания меняется. В конечном счете, алкоголь и наркотик становятся необходимыми им для сносной жизни, и притом — разрушают эту самую жизнь.

— Это такого же рода зависимость, что и, например, зависимость от никотина, от кофе, от компьютерных игр или телевизора?

— От сигарет — да, но не все люди, которые много курят, являются зависимыми от никотина. Для большинства это все-таки, слава Богу, дурная привычка: пластырь никотиновый или что-то подобное помогает выйти из состояния непрерывного употребления, потом человек усилием воли может не курить, а затем и воля не нужна — просто отвык и все. А есть зависимые: одному моему знакомому ампутировали ногу, потому что он курил и его вены перестали работать; но лежа в больнице, он продолжал курить под одеялом! На очереди была вторая нога…

С алкоголем то же самое: иногда можно встретить пьяниц — они много, сильно пьют на уровне привычки, распущенности, но, если им будет очень нужно, то могут и прекратить пить и жить, как обычные люди. Но, к сожалению, гораздо больше тех, которые уже не могут себя контролировать.

— Как определить?

— Это очень легко определить по последствиям в жизни человека, по его собственной оценке своей жизни. Оказывается, что жизнь ужасна, и если бы такой человек хотел строить ее сам, то построил бы по-другому — но уже не может этого сделать.

— Алкоголизм и наркомания — смертельная болезнь?

— Да, от нее умирают. Но не надо отчаиваться: выход из этого тупика есть.

Страсть как сверхценность

— Физиология — это одно, душа — все-таки другое. Как меняется личность человека? 

— С духовной стороны — с главной стороны в человеке — смысл алкоголизма и наркомании в том, что вещество становится сверхценностью. И даже не само вещество, а употребление вещества. И под это подстраивается вся остальная жизнь. Конечно, это страсть, глубокое духовное повреждение, через которое человек служит греху. Человек перестает видеть окружающий мир таким, какой он есть. Он видит его таким, какой ему нужен для того, чтобы продолжать употреблять. Это называется отрицание зависимости. Очевидные факты он отрицает, и каждый раз каким-то образом оправдывает возможность продолжать пить или колоться. То есть страсть становится главным в человеке, накрывая собой все остальное. Семья — важно, здоровье — важно, деньги — важно, но — после употребления. И поэтому все будет кидаться в топку зависимости.

— А почему алкоголизм и наркоманию называют «болезнями замороженных чувств»?

— Потому что происходит вот что: приятные чувства переживаются человеком все реже и реже и становятся все менее и менее интенсивными, так что он живет в постоянном негативе. Это ужасное состояние.

— Другими словами, он постепенно теряет способность испытывать положительные эмоции?

— Сколько-нибудь долго. Только употребление дает ему — причем на очень короткое время — то самое расслабление, благополучие и энергию, которую здоровый человек чувствует естественным образом. Поэтому идея «ты не должен пить» алкоголиком воспринимается как нечто абсолютно ужасное! Ему кажется, что в таком случае он всегда будет в этой депрессии, страхе, безнадежности, в раздражении.

В результате больной старается не переживать эти чувства и становится «сухим», «плоским», не чувствующим ничего. Он не может любить, не может сопереживать, не может быть тонким. Точнее, может — под воздействием вещества. А в веществе все равно восприятие изменено…

Тут надо сказать, что изначально многие алкоголики и наркоманы — это люди с очень «тонкой кожей»: они очень остро переживают чужую боль, чужие страдания, часто это творческие люди — по природе своей. Тонкокожесть для них настолько болезненна, что они начинают ее «гасить» алкоголем или наркотиками. Самое страшное, что со временем способность воспринимать жизнь для них становится возможной только под влиянием вещества, а потом и это проходит. И творческая личность умирает, тонкость натуры уходит, а остается такой автомат. Однако выздоравливающие алкоголики и наркоманы сохраняют способность быть творческими, тонкими, сопереживающими людьми. Еще поэтому они прекрасные супруги и родители.

— Если это болезнь, сам человек не виноват. Если страсть, то виноват… Вопрос вины как решается?

— Знаете, тут есть две стороны. Возьмем, например, человека, который умирает от рака легких. Он виноват в том, что он курил 30 лет? Вроде бы да, ведь его никто не понуждал браться за сигарету. Но, когда он начинал, то не предполагал, что будут такие последствия — что он будет в прямом смысле умирать от последствий курения. И алкоголик тоже не предполагал стать алкоголиком. Он просто хотел радоваться. Да, он виноват в беспечности, в том, что не прислушался к мнению других людей, не примерил на себя судьбу тех, кто спился. Но став зависимым, он потерял контроль над процессом, поэтому уже не может отвечать за свое состояние, а не может отвечать — значит не виноват. Но есть и другой аспект вины: сегодня доподлинно известно, что алкоголик и наркоман могут выздоравливать, и известно, что для этого нужно делать. И если зависимый человек знает о возможности выздоровления — а эта возможность опытно доказана — и отказывается от нее, выбирая болезненный способ жить, он, несомненно, виноват.

Стать прежним?

— Итак, несмотря на страшную картину, которую Вы обрисовали, выздоровление возможно, зависимые не обречены? Они могут стать прежними?

— Стать таким же, каким был, — то есть позволить себе чуть-чуть выпить на праздник — зависимый не сможет. Но он сможет благополучно, долго и счастливо жить и не пить, и не употреблять наркотики. Вот это называется «выздоравливать» на нашем языке.

Алкоголику и наркоману сегодня предоставлены замечательные возможности выздоравливать! Это не то, что было 20 лет назад, когда я начинала свою деятельность: в нашей стране все сводилось к «промывалкам»-капельницам и возвращению через какое-то время к прежнему состоянию. Сегодня много разных путей выздоровления — надежда не просто есть, она обоснованная.

— Но, как я понимаю, заставить выздоравливать никто не в силах?

— Так же, как в любом грехе, Господь не насилует человека, не заставляет отказаться от греха, но долготерпит, показывая последствия греха, «ожидая обращения».

— Господь не насилует, а родственники могут и силком притащить в центр реабилитации!

— Если Господь этого не делает, родственники тем более не должны. И потом это просто бесполезно. Но что они точно должны делать, так это побуждать. Это достигается специальными усилиями по перестройке своей собственной жизни, стремлением перестать быть «подпоркой» зависимости близкого. Эта болезнь — сильная штука, она заставит-таки человека начать выздоравливать, если родственники сами перестанут быть созависимыми.

— Что Вы имеете в виду под этим словом?

— Зависимость — это «заразная» вещь: люди, которые живут рядом с алкоголиком или наркоманом, начинают жить такой жизнью, которая эту зависимость подпитывает.

— В чем это выражается?

— Только что ко мне приходила мама наркомана — он употребляет уже много лет. Понятно, что он живет очень плохо, и мама, конечно, тоже. И поэтому она пытается исправить жизнь сына, пытается компенсировать этот негатив какими-то, как сказали бы католики, «сверхдолжными» действиями: платит его кредиты, вытаскивает его из ужасных ситуаций, в которые он попадает из-за употребления, кормит его, хотя он, 38-летний мужчина, не приносит ни копейки домой. Он работает, но все заработанные деньги уходят на наркотики. Ей больно, но по-другому она жить не может: «Он мой сын, как же я оставлю его в беде»…

В результате созависимость начинает кормить саму зависимость: пока эта мама исправляет негативные последствия в жизни сына, он не идет выздоравливать.

— Может, это просто гиперопека, педагогическая ошибка?

— Не совсем. Такой способ жизни обусловлен не ошибками воспитания, а необходимостью выжить. Близкие зависимых заботятся о себе. Заплатив кредит сына, мама облегченно вздыхает… пока сын не возьмет новый кредит. Так что родственникам тоже необходим специальный способ «выздоровления» для того, чтобы они могли правильно выстроить свою жизнь. Тогда у зависимого человека есть шанс начать выздоравливать.

Часто думают, что если наркоман или алкоголик перестанет употреблять свое вещество и как-то выправится, то жизнь семьи наладится. Но это не так. Необходимо выздоравливать «параллельно». Если муж в семье заболел гриппом, и от него заразилась вся семья, ей же всей нужно выздоравливать, а не только одному мужу!

— Дети в семье алкоголиков и наркоманов — тоже созависимы?

— Да, но эта созависимость проявляется не так, как у взрослых. Например, такие дети усваивают, что их не любят без условий — их любят за что-то. И они начинают этой любви достигать: становятся либо героями, либо козлами отпущения («Я буду очень плохим, но заметь меня, пожалуйста»), либо шутами — веселыми, беззаботными, благополучными. Это маска, под которой очень много боли и очень много вины. Дети почему-то считают, что они виноваты в том, что папа пьет — мол, если бы я был другим или если бы меня не было, то папа бы не пил… Там очень много боли… И есть специальные группы для детей, которых вытаскивают из этого состояния. К сожалению, созависимыми детьми в нашей стране мало занимаются, а это огромное поле деятельности. 

Источник: Фома.ру

Оставить комментарий

1
Яндекс.Метрика